Перейти к содержимому


ОБОРОНА ВЕРМАХТА


В теме одно сообщение

#1 Voland36

    Профессионал

  • Форумчанин
  • PipPipPipPipPipPip
  • 3350 сообщений
  • 11207 спасибо

Отправлено 07 January 2015 - 00:24

Летом 1941 года немецкие войска также применяли оборону для блокирования окруженных советских войск (внутренний фронт окружения) и воспрещения их прорыва или удара извне с целью деблокады (внешний фронт окружения). И в этом случае также основные силы немецких войск сосредотачивались в первом эшелоне, в состав которого включались танки и артиллерия для стрельбы прямой наводкой. Инженерное оборудование оборонительных рубежей, как правило, не производилось, оборонительные действия наземных войск тесно увязывались с ударами авиации. Такая оборона считалась временной, и после решения частной задачи предпринимавшие ее войска тут же переходили в наступление и использовались, после перегруппировки и пополнения, в качестве резервов армий или групп армий.
Впервые серьезно над проблемой обороны немецкое командование начало задумываться с началом контрнаступления советских войск под Москвой в начале декабря 1941 года. К тому времени действовавшие на этом направлении немецкие войска практически потеряли наступательные возможности и уперлись в советскую оборону. Некоторое время стороны стояли друг перед другом: советские войска до подхода резервов не решались переходить в контрнаступление, немецкие войска не планировали обороняться. Но судьба последних уже была предрешена решением Ставки Верховного Главнокомандования Красной Армии.
В начале декабря 1941 года советскому командованию удалось собрать на московском направлении значительные силы своих войск, которые были распределены по трем фронтам: Калининскому, Западному и Юго-Западному. Планировалось одновременными мощными ударами войск Западного, левого крыла Калининского и правого крыла Юго-Западного фронтов разгромить ударные группировки немецких войск, действующие севернее и южнее Москвы, а затем стремительным наступлением на запад завершить окружение и разгром основных сил группы армий «Центр».
Главные силы достались Западному фронту. К началу наступления он превосходил противника по личному составу примерно в 1,5 раза, по орудиям и минометам – в 1,3 раза, по танкам – в 1,5 раза. На одну стрелковую или кавалерийскую дивизию приходилось более чем 8 километров фронта. На каждом километре фронта могло быть использовано от 10 до 12 орудий и минометов, около 5 танков. Наступать при таком превосходстве было трудно, но вполне возможно.
Немецкое войсковое командование хорошо понимало, что долго продержаться в таком положении у Москвы их войска не смогут, но в Ставке Гитлера не допускали этого. Так, генерал Г. Гудериан в своей книге «Воспоминания солдата» писал: «Наступление на Москву провалилось... Главное командование сухопутных войск, находясь в далекой от фронта Восточной Пруссии, не имело никакого представления о действительном положении своих войск...
Своевременный отвод войск и занятие обороны на выгодном и заранее подготовленном рубеже явились бы наилучшим и наиболее действенным средством для того, чтобы восстановить положение и закрепиться до наступления весны. В полосе действий 2-й танковой армии таким рубежом могла бы стать занимаемая ею в октябре линия обороны по рекам Зуша и Ока. Однако именно с этим Гитлер не соглашался».
Южнее Москвы на 350-километровом рубеже по линии Тула, Серебряные Пруды, Михайлов, Чернава были остановлены войска 2-й танковой армии генерала Г. Гудериана. Передний край обороны танковой армии занимали 24-й танковый, 53-й армейский и 47-й танковый корпуса, имея дивизии в одну линию при очень незначительных резервах. Все дивизии были растянуты по фронту от 25 до 50 километров и имели полки, также выстроенные в одну линию, а полки – одну линию батальонов. Таким образом, ввиду одноэшелонного построения боевого порядка соединений глубина главного оборонительного рубежа немецких войск не превышала 3–4 километров. В резерве танковой армии было оставлено всего две дивизии – 25-я моторизованная и 112-я пехотная, которые располагались, соответственно, в районах Венева и Сталиногорска.
На главном рубеже немецкой обороны не было линии сплошного фронта. Войска располагались гарнизонами в населенных пунктах, которые были превращены в опорные пункты и приспособлены к круговой обороне. Между опорными пунктами имелись значительные промежутки, которые войсками не занимались, в инженерном отношении не оборудовались, но по плану командования должны были простреливаться артиллерийским и ружейно-пулеметным огнем. На подступах к опорным пунктам были установлены минные поля.

Изображение
Принципиальная схема обороны Вермахта в декабре 1941 года
Обычно узлы сопротивления в крупных населенных пунктах оборонялись силами до батальона пехоты, усиленными танками. В более мелких деревнях располагались пехотные или танковые роты. В городах находились более крупные силы. Так, в Серебряных Прудах располагался мотопехотный полк, в Михайлове – два мотопехотных и один артиллерийский полки. В оперативной глубине обороны оборонительные рубежи по западному берегу рек Проня и Дон в инженерном отношении готовились силами местного населения, но войсками не занимались.
Точную цифру потерь в период наступления советских войск под Москвой командование Германии не публикует. Но, ссылаясь на «Военный дневник» Ф. Гальдера, можно подсчитать, что с 10 декабря 1941 года по 10 февраля 1942 года сухопутные войска Германии потеряли на Восточном фронте 191 тысячу человек. Значительная часть этих сил находилась под Москвой. Известно, что в ходе операции советские войска безвозвратно потеряли 139,6 тысячи человек, ранеными и обмороженными – 231,4 тысячи человек.

Изображение
Принципиальная схема обороны Вермахта осенью 1942 года
Прошел почти год. Исчерпав наступательные возможности и не достигнув целей летнего наступления 1942 года, немецкие войска были вынуждены перейти к обороне по всему советско-германскому фронту, общая протяженность которого достигла 2300 километров. В приказе главного командования германских сухопутных войск от 14 октября 1942 года говорилось: «Нам предстоит провести зимнюю кампанию. Задачей Восточного фронта является... во что бы то ни стало удерживать достигнутые рубежи, отражать всякие попытки противника прорвать их и тем самым создать предпосылки для нашего наступления в 1943 году».
Для выполнения этого приказа немецкое командование начало создавать оборону, которая проходила по ранее занятым рубежам. Главным районом этой обороны стал Сталинград, где оборонялись войска 6-й полевой и 4-й танковой немецких армий, а также 3-й армии Румынии. Причем немецкие войска действовали непосредственно в районе Сталинграда, а их фланги прикрывались румынскими войсками.
На северном фасе сталинградского выступа, где оборонялись румынские войска, оборона состояла из одной главной полосы глубиною 5–8 километров, на которой оборонялись пехотные дивизии. В оперативной глубине обороны по рекам Кривая и Чир на основных направлениях и узлах дорог создавались отдельные узлы сопротивления, которые заблаговременно войсками не занимались. Еще глубже в районах, не оборудованных для обороны, располагались части 1-й танковой дивизии румын, 22-й и 14-й танковых дивизий Вермахта, которые к тому времени уже потеряли более половины своих танков и находились в состоянии переформирования.
Следовательно, практически вся надежда обороны возлагалась на главную полосу, оборонявшуюся пехотными дивизиями Румынии. Она состояла из двух позиций, каждая из которых оборудовалась одной-двумя траншеями. На отдельных направлениях, главным образом в районе дорог, перед первой траншеей устанавливались минные поля и проволочные заграждения. Вторая позиция находилась на глубине 5–8 километров от переднего края обороны, была оборудована одной траншеей и оборонялась полковыми резервами силой до батальона. Но в связи с зимними условиями значительная часть резервов была притянута к населенным пунктам, которые официально назывались «очагами сопротивления», на самом деле представляли собой скопище штабных, тыловых служб, небоевых подразделений и служили местом расположения госпиталей.
Прорвать оборону румынских войск и осуществить охват с севера основной группировки немецких войск, находящихся под Сталинградом, было поручено войскам Юго-Западного и правого крыла Донского фронтов в составе 65, 21-й полевых и 5-й танковой армий. С юго-востока навстречу им наносили удар войска Сталинградского фронта силами 57 и 51-й полевых армий 4-го механизированного и 4-го кавалерийского корпусов. К тому времени в районе Сталинграда в составе Юго-Западного, Донского и Сталинградского фронтов за счет резервов были накоплены значительные силы Красной Армии. Всего в составе фронтов имелось десять общевойсковых, одна танковая и четыре воздушные армии. В составе этих войск насчитывалось 66 стрелковых дивизий, 15 стрелковых бригад, три мотострелковые бригады, 4 танковых корпуса, 14 отдельных танковых бригад, 4 отдельных танковых полка, 3 кавалерийских корпуса. В составе этой группировки имелось более одного миллиона человек личного состава, 900 танков, 13,5 тысячи орудий и минометов, в том числе около 2,5 тысячи калибра 76 мм и выше, более тысячи боевых самолетов.
Закон военного искусства гласит, что ради достижения быстрого прорыва обороны противника наступающая сторона должна пойти на решительное массирование сил и средств на направлении главного удара даже ценой ослабления других направлений. К концу осени 1942 года советское командование уже освоило это правило. Так, в полосе 5-й танковой армии, где советские войска превосходили румын в людях и артиллерии более чем в 2 раза, в танках – в 2,5 раза, в авиации – в 1,5 раза, на направлении главного удара командующий армией сосредоточил четыре стрелковых дивизии из шести, два танковых и один кавалерийский корпуса, танковую бригаду, танковый батальон, шестнадцать артиллерийских и минометных полков РГК. Это позволило достичь превосходства в людях в 2,7 раза, в артиллерии – в 5 раз, в танках – абсолютного. На этом же направлении наносила удары и подавляющая часть советской авиации. Примерно таким же было соотношение сил и средств в полосе румынских войск, оборонявшихся южнее Сталинграда.
Вполне понятно, что обороной, имеющей столь слабые фланги, немецкому командованию сдержать удары советских войск в районе Сталинграда не удалось. 19 ноября 1942 года ударные группировки войск Юго-Западного и Сталинградского фронтов, перейдя в наступление, прорвали главные полосы обороны румын, ввели в сражение танковые корпуса, которые 23 ноября соединились в районе города Калач. Оборона противника была прорвана на 300-километровом участке, глубина продвижения советских войск в первые 12 дней операции достигла от 40 до 120 километров.
После Сталинграда немецкое командование еще пыталось наступать (Курск – летом 1943 года, Балатон – весной 1945 года и др.), но с того времени основным видом военных действий Вермахта стала оборона. А. Гитлер 1 февраля 1943 года заявил начальнику Генерального штаба сухопутных войск Германии генералу К. Цейцлеру: «Я должен сказать, что возможности окончания войны на Востоке путем наступления больше не существует. Это мы должны ясно осознать».
Итак, на первое место из двух основных видов военных действий выносится оборона, искусство подготовки и ведения которой в последующие годы постоянно совершенствовалось.
Изменились и цели, которые преследовались Вермахтом в этом виде боевых действий. Оборона зимой 1941/42 и 1942–1943 годов велась, как правило, с целью срыва наступления советских войск, удержания захваченных рубежей (районов), выигрыша времени для подготовки нового наступления (контрнаступления). В последующие годы в стратегическом плане она преследовала уже иную цель: измотать и обескровить Советские Вооруженные силы, затянуть войну и тем самым выиграть время в надежде на раскол антигитлеровской коалиции.
При огромной протяженности советско-германского фронта, ограниченном количестве сил и средств немецкое командование пыталось решить проблему устойчивости стратегической обороны сосредоточиванием основных усилий на удержании наиболее важных в военном, экономическом и политическом отношениях районов (рубежей городов как узлов дорог); расположением подавляющей части сил и средств в первом стратегическом эшелоне и направлением основных усилий групп армий на удержание тактической зоны обороны городов-крепостей.
Характерной чертой организации обороны противника в 1941 году было создание опорных пунктов («ежей»), приспособленных для круговой обороны. Они находились в огневом взаимодействии друг с другом и преграждали путь наступавшим войскам на основных направлениях. В связи с таким приемом врага в тактике наступательного боя советских войск появилось стремление к обходам опорных пунктов противника через промежутки и к действиям против них с флангов.
В 1942 году войска Вермахта на некоторых участках фронта начали постепенно создавать более глубокую и развитую в инженерном отношении оборону. Отдельные опорные пункты начали связывать между собой траншеями, в результате чего появилась сплошная позиция. Появились опорные пункты и районы обороны в глубине. Это сразу же повысило требования к методам организации советскими войсками наступательного боя. Уже весной и летом 1942 года они стали применять действия ударными группами в значительно большей степени, чем прежде, массируя технику на направлениях главных ударов.
Начиная с весны 1943 года Вермахт стал уделять большое внимание использованию для стабилизации обороны подготовленных в глубине рубежей, полос, естественных оборонительных рубежей, какими являлись крупные реки – Днепр, Дунай, Висла, Одер. Отмечается использование для усиления обороны крупных населенных пунктов, таких, как Можайск, Великие Луки, Орел, Белгород, Вязьма, Смоленск, Одесса, Витебск, Бобруйск, Вильнюс, Брест, Каунас, Рига и других. При этом отмечается, что недостаток резервов был наиболее слабым звеном в стратегической обороне Вермахта. Они создавались главным образом за счет соединений и частей, выведенных в тыл на доукомплектование после понесенных потерь, и предназначались в основном для восстановления нарушенного фронта обороны нанесением контрударов и занятия важных оборонительных рубежей в глубине. В отдельных случаях они использовались для перехода в контрнаступление.
Существенные изменения произошли в построении обороны Вермахта летом 1943 года, после провала наступления под Курском. Ее тактическая зона глубиной до 8–15 километров включала в себя главную полосу обороны («главное поле боя») и вторую полосу обороны («позиции корпусных резервов»). Оборона тактической зоны возлагалась на армейские корпуса первого эшелона полевой армии.
Главная полоса обороны состояла из трех позиций. Ее занимали дивизии первого эшелона. Основу первой позиции составляли опорные пункты рот, образующие батальонные районы обороны. Они оборудовались двумя-тремя линиями сплошных траншей. Первая позиция обычно занималась батальонами первых эшелонов полков. Вторая позиция также оборудовалась траншеями, иногда – отдельными опорными пунктами. В ее пределах располагались полковые резервы и огневые позиции артиллерии. Третья позиция представляла собой систему опорных пунктов, в которых располагались дивизионные резервы.
На удалении 10–15 километров от переднего края главной полосы обороны строилась вторая полоса. На ней мог располагаться резерв командира армейского корпуса. Глубина позиции корпусных резервов достигала 2–5 километров.
Совершенствование построения полос обороны немецких войск шло по линии развития инженерных сооружений, создания промежуточных и отсечных позиций, системы дотов, дзотов, противотанковых рвов, железобетонных колпаков. В пределах главной полосы обороны все три позиции стали оборудоваться линиями сплошных траншей.
Так, главная полоса обороны немецких войск в корсунь-шевченковском выступе (январь 1944 года) имела глубину 6–8 километров и строилась на удержании отдельных опорных пунктов и узлов сопротивления, которые прикрывались минными полями и проволочными заграждениями. Многие из опорных пунктов были связаны между собой огнем, и только некоторые из них соединялись траншеями, которые были больше приспособлены для маневра силами и средствами в бою, чем для ведения самого боя.
Летом 1944 года немецкие войска, при переходе к обороне в Белоруссии, сосредоточили там группировку в составе 63 пехотных дивизий и 3 пехотных бригад. Но, будучи уверенными, что главный удар советское командование готовит на Украине, основные соединения танковых и моторизованных войск были посланы на это направление.
С целью удержания широкого фронта обороны при отсутствии достаточного количества сил и средств командование группы армий «Центр» было вынуждено расположить свои войска в один эшелон, сосредоточив основные усилия на удержании хорошо подготовленной в инженерном отношении тактической зоны обороны глубиной от 8 до 12 километров, которую занимали пехотные дивизии. Кроме того, в глубине по западным берегам многочисленных рек с широкими заболоченными поймами силами местного населения также были подготовлены оборонительные рубежи, которые могли быть заняты войсками в случае отхода. Общая глубина обороны, по советским источникам, достигала 250–270 километров.
Но оборона, построенная немецким командованием таким образом, свою задачу не выполнила. Причин тому было несколько. Главная – советское командование к тому времени уже имело опыт подготовки и проведения крупных наступательных операций с решительными целями. Во-вторых, к началу операции превосходство советских войск в Белоруссии составляло по личному составу в 2 раза, по артиллерии – в 3,6 раза, по авиации – в 3,9 раза, по танкам и САУ – в 5,8 раза. В третьих – оперативные и даже тактические тылы немецких войск были скованы советскими партизанами, общая численность которых достигала 143 тысяч человек.
В этих условиях советское командование решило провести операцию на окружение нескольких группировок противника, разнесенных по фронту и по глубине с целью расчленения и разгрома основных сил группы армий «Центр». Окружение и разгром витебской группировки были спланированы силами 1-го Прибалтийского и 3-го Белорусского фронтов. Окружение и разгром бобруйской группировки были возложены на войска 1-го Белорусского фронта и Днепровскую речную флотилию. С учетом сосредоточения усилий на узких участках фронта превосходство советских войск на направлениях главных ударов возрастало еще в несколько раз.
Для воспрещения маневра немецкими войсками по фронту между указанными фронтами должны были наступать войска 2-го Белорусского фронта, которые совместно с другими фронтами должны были осуществить окружение и разгром отходящих войск противника в районе Минска.
Разгром немецких войск в результате Белорусской операции был весьма существенным. По данным советских источников, в районе Витебска в течение пяти первых дней в результате прорыва и окружения они потеряли 20 тысяч человек убитыми и 10 тысяч пленными. В районе Бобруйска их потери убитыми и пленными достигли 74 тысяч человек. В районе Минска – 105 тысяч человек.
Всего в ходе Белорусской операции немецкие войска потеряли около 400 тысяч человек. В окружении Гитлера расценили это поражение как катастрофу, равную той, которую Вермахт потерпел под Сталинградом.
В то же время нужно признать, что победа в Белорусской операции досталась Красной Армии дорогой ценой. Только безвозвратные потери войск фронтов составили 178 тысяч человек, к которым нужно добавить свыше полумиллиона раненых.

Изображение
Принципиальная схема обороны Вермахта в 1943-1945 гг.
Неудачи в районе Белоруссии заставили немецкое командование обратить на оборону еще более серьезное внимание. Но силы Вермахта таяли с каждым днем, и восполнять их становилось все труднее. На союзников надежды были очень слабые.
Большую точку в германо-румынских отношениях поставила Ясско-Кишиневская операция, проведенная советским командованием в августе 1944 года против группы армий «Южная Украина», состоявшей из немецких и румынских объединений.
На ясско-кишиневском направлении к августу 1944 года оборона немецких и румынских войск готовилась в течение четырех месяцев, была эшелонирована в глубину и хорошо развита в инженерном отношении. Перед войсками 2-го Украинского фронта, где оборонялись 6-я немецкая и 4-я румынская армии, она состояла из трех полос глубиной 25–25 километров. В оперативной глубине было оборудовано несколько рубежей и отсечные позиции, а у Тыргу-Фрумоса и Ясс были возведены укрепленные районы. Перед 3-м Украинским фронтом противник также подготовил три полосы обороны общей глубиной 40–50 километров.
Однако и эта оборона не выполнила возложенных на нее задач. Главные причины – существенное численное превосходство советских войск и крайне низкая боеспособность румынских войск, в полосах которых советское командование нанесло свои главные удары. К тому же нужно помнить, что Ясско-Кишиневская операция была начата 20 августа, а 23 августа оппозиционные Берлину силы подняли восстание в Бухаресте. Профашистское правительство Антонеску в тот же день было свергнуто, а новое правительство тут же объявило войну Германии. О какой стойкости обороны румынских войск, в основном состоявших из крестьян и промышленных рабочих, на фронте в таких условиях могла быть речь?
Затем точно так же поступили болгары, начавшие при подходе советских войск «народное восстание» в Софии. 8 сентября советские войска без единого выстрела перешли румыно-болгарскую границу, а 9 сентября новое болгарское «правительство» объявило войну Германии.
В таких условиях руководству Германии не оставалось ничего другого, как оборонять территории оставшейся союзной ему Венгрии и территорию собственного государства. Тем не менее в 1944 и 1945 годах оборона немецких войск получила свое дальнейшее развитие, прежде всего, за счет развития ее оперативной глубины. Оперативная зона обороны в это время включала в себя третью армейскую полосу обороны («позиции армейских резервов») и тыловую оборонительную полосу («позиции резервов группы армий»). Общая ее глубина достигала 50–60 и более километров. Она характеризовалась тщательным выбором местности для строительства оборонительных рубежей и их искусным инженерным оборудованием.
С перенесением боевых действий на территорию Польши и Германии в систему обороны группы армий стали включаться заранее оборудованные промежуточные рубежи и укрепленные районы, ее глубина возросла до 120–150 километров. Весьма насыщенной становилась система «городов-крепостей». Оперативные плотности на главных направлениях составляли от 3 до 12 километров на дивизию. Плотность артиллерии колебалась от 15–20 до 50 орудий и минометов на километр.
Активность обороны в оперативном масштабе проявлялась в нанесении контрударов, которые проводились преимущественно подвижными соединениями. Оперативная плотность при контрударе составляла: одна дивизия на 3,5–4 километра фронта. Контрудары наносились чаще всего под основание вклинившейся группировки противника с одного или нескольких направлений. Так наносились контрудары при вклинении советских войск в оборону немцев севернее Орла в июле и южнее Белгорода в августе 1943 года, в Восточной Померании в 1945 году и в ряде других операций. Иногда контрудары проводились в форме фронтального удара. Для создания контрударных группировок немецкое командование в ограниченное время осуществляло перегруппировки крупных сил с различных направлений, и прежде всего с неатакованных участков фронта.
Постоянно совершенствовавшаяся тактика оборонительного боя противника претерпела значительные изменения. В начале ее на переднем крае обычно находилось лишь небольшое количество дежурных сил и средств. Остальной личный состав располагался в укрытиях на глубине до 1500 метров, с таким расчетом, чтобы занять свои районы в течение 15–20 минут. Но затем, по мере сокращения фронта обороны, создания сплошных траншей и второй позиции подразделения уже не покидали для отдыха своих районов, а располагались здесь же, в блиндажах и укрытиях. Активность обороны повышалась в результате участия в контратаках не только дивизионных, но и полковых резервов, а также за счет маневра силами и средствами в масштабе опорных пунктов рот первого эшелона. В итоге борьба за каждый оборонительный рубеж и опорный пункт стала более ожесточенной. При вклинении в оборону бой переносился в ходы сообщения. Он сочетался с решительными и дерзкими контратаками даже малыми силами (до отделения).
В ходе войны Ставка главного командования Вермахта стремилась максимально использовать полученный опыт. Она разрабатывала специальные «Указания по боевой подготовке пехоты на основе опыта боев на Восточном фронте», имевшие существенное значение для дальнейшего развития тактики оборонительного боя. Исключительное внимание уделялось роли огня в бою, особенно против атакующих танков и САУ. Требовалось быстро сосредоточить огонь различных видов вооружения с использованием настильного и навесного огня. «Сосредоточением по месту и времени огня всех имеющихся в распоряжении видов оружия достигается, – подчеркивалось в этом документе, – быстрейшее и наиболее эффективное воздействие, все виды оружия должны иметь возможность маневренного и одновременного действия в указанных им полосах». Огонь на малых дальностях, особенно по атакующим танкам, считался более эффективным, чем огонь с дальних расстояний. Следует подчеркнуть, что в третьем периоде войны во время проведения советскими войсками артиллерийской подготовки атаки противник стал практиковать отвод основных сил с передовых взводных опорных пунктов во вторую и даже третью траншеи. Применял он и другие элементы военной хитрости.
Также постоянно совершенствовались искусство построения обороны и тактика оборонительного боя Вермахта. К сильным сторонам обороны противника правомерно отнести развитую сеть инженерных заграждений, долговременных и деревоземляных сооружений. Крупным шагом, направленным на повышение устойчивости и активности обороны, стало создание отсеченных траншей и позиций, приспособленных для занятия резервами и оборудованных с учетом образования рубежей флангового огня и огневых «мешков», а также наличие в глубине обороны мобильных резервов. Умело использовались различные инженерные заграждения, а также защитные и иные условия местности. Следует отметить, что оборона противника имела и слабые стороны. Это сравнительно низкая плотность противотанковых средств, значительное удаление от переднего края огневых позиций, невысокая степень массирования огня артиллерии. Стремление контратаковать в пределах первой позиции относительно слабыми резервами (силой пехотного взвода) зачастую не давало положительных результатов. Поэтому начиная с 1943 года в действиях немецких войск на первый план выходит совершенно новое явление, связанное с искусством своевременного выхода из боя и планомерным отходом на тыловые оборонительные рубежи.

Спасибо от 5 Пользователи:

#2 Alisa

    Новичок

  • Новички
  • Pip
  • 8 сообщений
  • 4 спасибо
  • ГородДнестровск

Отправлено 31 December 2017 - 00:07

Мастера блицкрига и эшелонированной обороны вкусили всей прелести взращенной ненависти пострадавшего народа!!! Слава воинам участникам ВОВ!!!

Спасибо от 1 Пользователь:




Количество пользователей, читающих эту тему: 1

0 пользователей, 1 гостей, 0 скрытых пользователей